На протяжении пяти десятилетий неизменным оставалось главное: ориентация на серьёзный анализ международных процессов, соединение фундаментального знания с прикладной экспертизой и работа в интересах внешней политики. Сегодня ИМИ остаётся единственной в системе МИД специализированной научно-исследовательской организацией такого профиля, обеспечивающей экспертную, информационную и научно-аналитическую поддержку МИД России и других политикоформирующих ведомств.

50-летие ИМИ — это не только повод вспомнить пройденный путь, но и возможность с уверенностью смотреть вперёд. Сохраняя преемственность по отношению к наследию «Проблемки», Институт продолжает развиваться как современная, гибкая и востребованная «фабрика мысли», для которой внешняя политика — инструкция по пониманию.

Кого выдвигают на роль переговорщика от ЕС:

1️⃣экс-канцлера ФРГ Герхарда Шрёдера;
2️⃣федерального президента Германии Франка-Вальтера Штайнмайера;
3️⃣экс-канцлера ФРГ Ангелу Меркель.

В преддверии Дня Победы волонтерский междисциплинарный историко-языковой проект «История. Память. Перевод» подвел итоги трех лет работы.

Проект направлен на укрепление и защиту исторической памяти.

Концлагерь Флоссенбюрг был создан в мае 1938 года на северо-востоке Баварии, недалеко от границы с Чехией. За годы существования через него и 75 его филиалов прошли около 100 000 заключенных из разных стран. До 1942 года их использовали в качестве бесплатной рабочей силы на гранитных каменоломнях, с 1943 года — на военных производствах компании Messerschmitt. В 1944 году в лагере развернулась и программа медицинских экспериментов над заключенными, которой руководил Генрих Шмитц. В апреле 1945 года началась эвакуация: около 22 000 узников отправили в «марш смерти» на Дахау.
За время существования лагеря и его филиалов в них погибли более 30 000 человек, из них не менее 26 430 советских граждан. В 1995 году на территории бывшего лагеря открыли мемориал, но до этого года не все экспозиции и выставочные материалы в мемориальном комплексе были доступны на русском языке.

«”Европейский проект” в том виде, в котором он существует с середины XX в., исчерпан. Новые государства нужны Брюсселю в основном с репутационной точки зрения — как источник демонстрации внешней привлекательности союза. Однако ЕС не нужны новые голоса в общеевропейском хоре, который и так фальшивит», — заявил старший научный сотрудник Института международных исследований МГИМО Артём Соколов.

▪ЕС заинтересован в том, чтобы, как минимум, быть представленным полноценно на переговорном процессе вокруг украинского кризиса, что невозможно вне коммуникации с Россией. Долгое время европейцы отказывались от этого, отталкиваясь от того, что приоритетной является тактика нанесения «стратегического поражения» Российской Федерации и, соответственно, выстраивание с ней коммуникации уже после того, как это стратегическое поражение «произойдёт».

▪Но сейчас, когда эта перспектива уже даже наиболее агрессивно настроенным европейским политикам представляется невероятной, возник запрос на появление полноценного переговорного трека. Именно его сейчас европейская сторона пытается оформить в конкретный формат.

▪Сомнительно, что со стороны Европейского союза может идти речь о перехватывании инициативы у Соединённых Штатов по переговорному треку. Сейчас говорить об этом пока сложно — нет никаких ещё даже промежуточных результатов. Прежде всего, потому что европейцы пока не имели опыта такого же переговорного процесса, который есть между российскими и американскими представителями.

«Ход дискуссии показывает, что ЕС стремится определить фигуру переговорщика скорее по страновому, чем по персональному признаку. В этом смысле Финляндия имеет на руках сильные карты как ближайший сосед России, с продолжительной историей двусторонних отношений, полной взлетов и кризисов. <...>

Италия интересна как третья держава ЕС, относительно удаленная от «восточного фланга» ЕС и НАТО. Как и другие страны Южной Европы, она ждет щедрых российских туристов, тоскует по неизменно плодотворному межкультурному диалогу (усилия итальянской стороны по содействию открытия российского павильона на венецианском биеннале достойны уважения) и нуждается в доступных энергоносителях из России», — объяснил политолог.