ПУТЕШЕСТВИЕ В БЕЛУЮ ПУСТОШЬ

X

Время остановилось. Минуты до выхода из самолета кажутся вечностью.

Тело затекло. Лямки парашюта предательски сдавливают ремень от автомата, от чего затекает шея. Ноги ватные.

Все сидят молча в ожидании команды. Шум двигателей стал уже привычен, и гул в ушах казался родным и близким.

«А может ну его этот прыжок? И здесь весьма неплохо сидится... Нет.. Нельзя допускать таких мыслей. Да, волнительно. Но, поймать краба и зассать? Да лучше сразу утопиться. Тельняшку сорвут, тельник отберут, еще и морду разобьют. И будут правы. Такого позора пережить нельзя. Нужно прыгать. Иного ходу нет».

КХЕЕЕЕЕЕ — звук грёбаной сирены.

Красный сигнал. Встаем, заправляем сидения. Встаем друг за другом на вытянутую руку. Попутно заправляем перья стабилизирующего парашюта.

Ох уж эти минуты... Время останавливается, а стук сердца все громче и сильнее. Впереди неизвестность, и в эту неизвестность мне нужно нырнуть. Ничто (кроме меня самого) меня не спасет, и даже я сам не смогу себя спасти, если совершу ошибку.

Открылись двери. К шуму двигателей добавился свист потока.

Ноги как каменные. Из-за волнения забыл о тяжести снаряжения. Скорее уже. Ожидание хуже самой смерти.

Смотрю на высотомер. 1500. Как и обещали. Значит все пока идет по плану. Я надеюсь.

Открывается рампа. Поток свежего, холодного воздуха врывается в нутро самолета. Становится приятно и легко. Жара отступает. По мере того, как опускается рампа, салон наполняют лучи яркого северного солнца. Оно приветствует нас, покорителей неба. Открывает перед нами свои объятия и приглашает в них.

Везет тому, кто стоит перед рампой самый первый. Он видит все. Мне издалека видно только немного неба. Синего, яркого, чистого, живого неба. И яркие лучи солнца, которые слепят глаза.

КХЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ — второй звук гребаной сирены.

Побежали. Змейка из десантников начала движение. Один за одним люди выплевывались из самолета навстречу неизвестности и стихии. Бегу. По мере приближения к рампе все отчетливее вижу солнце, небо, и туман, простилающийся под нами.

Невозможно сейчас словами описать этой картины. Будто свет и тьма, два мира, две ипостаси предстали передо мной. Сверху яркий солнечный свет на бескрайнем синем небе. Снизу бесконечная долина тумана и тени. И между двумя этими мирами — я. На меже. Частичка по сравнению с этим огромным, космическим в своих масштабах пространством.

Последний шаг по твердой поверхности. Прыжок. Провал. Пинок под жопу.

501, 502, 503, 504, 505 — кольцо.

501,502 — купол.

Есть купол. Развожу свободные концы. Достаю звенья управления, пробиваю купол.

Осмотрелся. Развернулся. И…

И тишина. Как будто во всем мире звук поставили на ноль, как по команде. Тишина и уходящий вдаль самолет, как напоминание о том, что мы с других краев.

Бесконечная синь, ограниченная туманностью снизу. Верхняя кромка облаков белая, как снег. Свет отражается от них, переливаясь и играя оттенками. И кажется, что более чистого и светлого места на всей планете не сыщешь.

Постепенно начал весьма ощущаться мороз. Перчатки, очки, ресницы, звенья управления, свободные концы и даже парашют начали покрываться инеем. Прямо на глазах, как в фильмах, белая снежная пленка покрыла меня с ног до головы. Изо рта выходил горячий пар.

Да. Здесь действительно очень холодно. Даже в перчатках руки начали очень сильно замерзать. Пальцы превратились в деревяшки, которые по очереди приходилось отогревать ртом, держа в одной руке сразу два звена управления.

После того, как первые ощущения от нахождения в небе прошли, я начал осматриваться.

Явных ориентиров, указывающих куда лететь, не было. Сквозь туман не разглядеть ничего.

Я развернулся и увидел свою группу, которая уже начала выстраиваться в полетный порядок, и первые разведчики постепенно уходили в туман, исчезая там из вида. Заняв свое место в полетном порядке я двинулся вслед за всеми.

Постепенно приближаясь к туману холод усиливался, и по спине бежали уже не струйки пота, а морозец.

...

👹Бинт.
5МГ.ПОДПИСАТЬСЯ