День всех заключённых

Или как надо было праздновать 14 февраля порядочному русскому человеку в текущей политической обстановке.

Вчера был прекрасный день. Как в любом рассказе, ничего не предвещало беды. По-обывательски сидел дома и выискивал, что бы такого написать на Поэтарку. И, как в любом обычном рассказе, что-то пошло не по плану.

Ранее задержали моих хороших друзей, товарищей-нацболов. Вероятно, в связи с акцией прямой справедливости, в ходе которой офис РКН был заблокирован велосипедным замком.

Кто не знает — мы стараемся наших политзеков всячески поддерживать, и я, желая помочь страждущим и осуществить свой непосредственный Партийный Долг, вместе с товарищ:кой N, отправился в далёкий и тернистый путь дачек и грева.

Встретившись с товарищ:кой, мы отправились в ТЦ "Гагаринский", в прекрасный Ашан, который когда-то отметился посещением Такера Карлсона. Судьба завела нас в контору Мегафона. Там нас встретила очередь из одной дамы явно не в настроении. Казалось бы, один человек — но пятнадцать минут, если не более, мы наблюдали, как оная заполняет какие-то документы, ругаясь, что у нея списали неопределённое кол-во деревянных по автоплатежу, который она пыталась отменить. Наконец, когда, хлопнув стеклянной дверью, дама покинула контору, мы начали покупать то, что требуется.

Миловидный мальчик, возраста чуть старше моего, с лицом, выражающим глубокое наплевательство на собственную работу (его можно понять), тихим, андрогинным голоском перечислял условия тарифов. Карие глаза его были прямо-таки озарены унынием и ленью. С полчаса потребовалось на закупку и оформление сим-карт.

Далее мы уже выдвинулись в сам "Ашан" за одеждой, предметами гигиены и канцелярией. В медитативном формате насобирав три больших зелёных мешка с трусами, носками, майками, бумагой и чем только не, отправились на кассу самоограбления. Сошлись на том, что за пакеты платить не будем, а мелкие товары пробьём лишь частично.

Когда всё купленное было успешным образом упаковано на выходе, обрамлённом пищащими рамками, нас остановил персонаж в сопровождении двух охранников. Мгновенно и коллективно, на невербальном уровне, прозванный нами тётей Сратей. Улыбчивая, седая старушка в чёрно-белом костюмчике объяснила нам, что наблюдала за нами и якобы мы пробили не всё — это была чистейшая правда. Однако, поверив в собственную невиновность, мы вывалили на несчастную три зелёных пакета и чек.

Около десяти минут потребовалось старушке, чтобы понять, что в километровом чеке и пятнадцати килограммах товаров она ни за что не найдёт несовпадений. Тётя Сратя попыталась, конечно, покопаться в носках и нижнем белье, но это принесло ей только глубокое разочарование — как раз всё это мы пробили корректно. Уже отойдя от неё, мы обменялись дюжиной непечатных слов и выражений, адресованных старушка, и пошли исполнять Партийный Долг дальше.

Отоварились в соседней "Пятёрочке" едой и водой, и наши три зелёных пакета пополнились тремя белыми.  Груз для меня, как для щуплого, пусть и сухопарого, человека стал напоминать булыжник старика-Сизифа или же крест на плечах Пророка. Хотя, быть казнённым легионерами с помощью пакетов представлялось мне не такой уж и пессимистичной перспективой. Ведь нам пришлось двигать дальше — через пол Москвы, хоть и на метро.

В ходе увлекательнейшей поездки мы с товарищ:кой успели обсудить и политический катехизис революционера, и множественный православно-протестантский гнозис, и уровень собственной усталости. Помечтали, что однажды уже нам будут собирать дачки и везти их в Сахарово по утру, желательно в лютый холод, когда мы будем сидеть в тёплых камерах.

Эпопея, наконец, была завершена, когда все шесть мешков мы передали в соответствующие руки. Дорога назад казалась приятной вечерней прогулкой, крупными хлопьями на мокрые дороги падал снег, а мы в очередной раз влюбились. Влюбились в эту прекрасную страну.

Николай Полевицын

🇷🇺 Нацболы Москвы | Вступить в Партию!